А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Евтушенко Алексей Анатольевич

Под колесами - звезды


 

Здесь выложена электронная книга Под колесами - звезды автора, которого зовут Евтушенко Алексей Анатольевич. В библиотеке net-lit.com вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Евтушенко Алексей Анатольевич - Под колесами - звезды.

Размер файла с книгой Под колесами - звезды = 175.56 KB

Под колесами - звезды - Евтушенко Алексей Анатольевич => скачать бесплатно электронную книгу




Авторская редакция
Аннотация
Егор Хорунжий в глубине души уже давно поставил на себе крест. И уж точно никогда не мечтал о встрече с представителями, точнее, с прекрасными представительницами внеземного разума. Однако судьба подчас преподносит самые неожиданные сюрпризы. Все началось с того, что однажды утром его старая-престарая убитая «копейка» вдруг засверкала новой краской, гордо заурчала неизношенным движком, да еще и заговорила человеческим голосом…
Алексей Анатольевич Евтушенко
Под колёсами – звёзды
«Чтобы не пришлось любимой плакать, крепче за баранку держись, шофёр!»
/популярная песня 60-х годов/
Глава первая
Егор Хорунжий, грустный и пьяный, сидел на покосившемся деревянном крыльце собственного дома и думал трудную думу. Влажная весенняя ночь до краёв заполняла собой двор, будто охраняя собой ни в чём не повинный остальной мир от горьких Егоровых дум. Пару часов назад прошёл обильный дождь, но теперь небо очистилось, и майские запахи земли, травы, молодой листвы и сирени с терпеливой настойчивостью пытались напомнить Егору о том, что давно пришла весна – время совершенно не приспособленное для хандры, сплина, пьяной, а также обычной русской тоски и прочих депрессий.
Всё напрасно.
Егор, он же (очень редко) Егор Петрович, он же Егорка, Игорь и даже иногда Гоша и просто Хорунжий всерьёз вознамерился сполна восплакать над своей окончательно погубленной, как он считал, жизнью, и столкнуть его с этого неверного пути не могла ни восхитительная ночь с чудным звёздным небом, ни все весенние запахи земли вместе взятые. Тем более, что рядом, на чуть влажных досках крыльца, имели место быть уже ополовиненная бутылка водки, старый добрый гранёный стакан, два солёных огурца на щербатом блюдечке и две бутылки пива «Балтика» № 3, одна из которых была уже на две трети пуста, а вторая смиренно ожидала своей очереди. Сей запас (в холодильнике лежали ещё четыре бутылки того же пива и чекушка водки) обеспечивал его обладателю вполне надёжный тыл и позволяло ему безнаказанно предаваться нетрезвым и самоуничижительным размышлениям.
Жизнь, как уже и было сказано, считалась на данный момент погубленной полностью и безвозвратно.
– Мне тридцать пять лет! – словно какой-нибудь, прости Господи, чеховский герой, возвестил трагическим шёпотом Егор в чёрную, пахнущую сиренью, пустоту двора. – Ну, пусть почти тридцать пять. А что я в этой жизни сделал и чего я, милостивые государи, достиг? Я вам скажу. – Он не глядя нашарил бутылку и стакан, плеснул водки, выпил и хрипло выдохнул, – Ни-че-го.
Двор безмолвствовал.
Впрочем, надо заметить, что на чеховского героя Егор Петрович Хорунжий не был похож совершенно. Имеется в виду, конечно, типичный интеллигентный чеховский герой, а не те урядники, чиновники всех мастей, фельдшеры, мещане, крестьяне, купцы, помещики и прочие мелкие персонажи во множестве населяющие прозу Антона Павловича. Начнём с того, что Егора Хорунжего никак нельзя было назвать человеком интеллигентным в полном смысле этого слова, в то время как типичный чеховский герой интеллигентом быть просто обязан. То есть какое-то образование Егор в своё время получил, окончив после школы и армии четыре курса художественно-графического факультета педагогического института города Ростова-на-Дону и, соответственно, почти заимев диплом учителя рисования, но, согласитесь, для того, чтобы стать по-настоящему интеллигентным человеком, этого отнюдь не достаточно.
Настоящая русская интеллигентность, как известно, предполагает не только глубокое и всестороннее образование и высокую общую культуру, но и некую, так сказать, генетическую базу.
То есть, если твои мама и папа, а также дедушки и бабушки пахали землю или, скажем, стояли у станка, то истинным русским интеллигентом тебе всё равно, как ни бейся, не стать. Да и не только русским. Помните, чем закончились подобные попытки главного героя романа Джека Лондона «Мартин Иден»? То-то. А у Егора Петровича Хорунжего по отцовской линии вплоть до прапрадедушки все предки были донскими казаками, по материнской же… Впрочем, предков своих по материнской линии Егор Хорунжий не знал вовсе, ибо мать уехала домой на Украину, когда ему только-только исполнилось одиннадцать лет, и с тех пор Егорка её не разу не видел.
Правда, высшее образование (и тоже педагогическое – она преподавала в школе математику) у мамы было, так что при большом желании он мог считать себя интеллигентом во втором поколении.
Подобного желания, однако, у Егора никогда не возникало. Читал он, правда, много и с удовольствием, но совершенно бессистемно и, в общем-то, нерегулярно. Да и окружение его, ближайшие друзья, товарищи и просто знакомые отнюдь не блистали высокой культурой, а также глубокими и всесторонними познаниями, хотя люди, в большинстве своём, были образованные, и среди них даже попадались представители так называемых творческих профессий – художники и литераторы. Но кто сказал, что художник и, тем более, литератор должен обязательно быть интеллигентом? Вовсе это не обязательно, а иногда даже и вредно для творческого человека, потому как стесняет его творческую свободу и мешает непосредственному созданию художественного образа.
Внешне Егор Хорунжий тоже на интеллигента никак не походил. Во-первых, по причине более чем стопроцентного зрения он не носил очков (разве что солнечные летом, но это не считается), и во взгляде его серых глаз чаще читалась природная бесшабашность пополам с южным нахальством, нежели интеллигентская мягкость и воспитанный ум. Во-вторых, Господь не обидел Егора гренадерским (метр восемьдесят семь) ростом и широкими плечами и, хотя был он худ и довольно костляв, но прямая осанка, длинные большие руки, а также копна густых светло-русых волос в сочетании с твёрдым подбородком и лихо подкрученных вверх усами давали возможность заподозрить в нём кого угодно, но только не человека, взирающего на мир сквозь призму врождённой, а также благоприобретённой интеллигентности. Ну и, наконец, речь. Быстрая и громкая, с ярко выраженным фрикативным южнорусским «г», речь Егора, конечно, не была речью малообразованного, а то и вовсе неграмотного обитателя хулиганской ростовской улицы, но и назвать её высококультурной русской речью по всем признакам не представлялось возможным.
Нет, чеховским героем Егор Хорунжий не был. А был он на данный момент не очень удачливым художником-керамистом тридцати четырёх полных лет, сидящим весенней ночью в состоянии средней тяжести алкогольного опьянения на крыльце собственного дома. Неженатым и одиноким.
Скрипнула за спиной дверь – это кот по имени Тихон вышел на свою ночную прогулку.
– Тишка, Тишуня! – позвал Егор, протягивая руку, чтобы погладить серого любимца.
Кот, однако, хозяйских пьяных ласк не терпел, а посему, ткнувшись из вежливости тёплой мордой в Егоровы пальцы, призывно мяукнул и канул во влажную тьму двора.
– И ты, Брут, – горько констатировал Егор, налил в стакан водки и выпил.
Во двор осторожно пробрался довольно прохладный ветерок, как бы напоминая, что ещё не лето и пора перебираться в дом, но художник не внял предупреждению. Он размышлял.
Собственно, размышлениями это было назвать трудно – так, лёгкая буря псевдоэмоций в остатках разума, ещё не полностью дезориентированного действием алкоголя, рождающая всегда одно и то же: острую жалость к себе, обожаемому и несправедливо жизнью и нехорошими людьми обиженному. Надо отдать должное, что кое в чём Егор был всё-таки прав. Судьба действительно обошлась с ним довольно жёстко, в детстве лишив его матери, десять лет назад отца, который погиб в автомобильной катастрофе и, наконец, полгода назад отнявшей у него последнего близкого и родного человека – бабушку Полину.
На самом деле именно бабушке Полине Егор был обязан тем, что вырос пусть и довольно безалаберным, но, в целом, хорошим человеком.
Отцу, вечно занятому собой и добыванием денег для семьи, было некогда заниматься сыном, так что бабушка Полина успешно заменила Егору родителей, дав ему не только необходимую душевную теплоту и ласку, но и обучив многим сугубо практическим делам по хозяйству, начиная от умения пришить пуговицу к рубашке и заканчивая искусством выращивания картошки и помидоров на огороде. Уже потом все бабушкины старания намертво закрепила советская армия, в мотострелковых войсках которой Егор честно прослужил все положенные два года. Так что теперь, когда он остался один, его ангел-хранитель не испытывал слишком большого беспокойства по поводу каждодневного бытия своего подопечного, зная, что тот вполне самостоятелен для того, чтобы по крайней мере выжить в этом несовершенном мире.
– Тридцать пять лет! – громко вздохнул Егор, от полноты чувств выпил ещё водки, запил её пивом и полез в нагрудный карман за сигаретой.
Сигарета из пачки вылезать никак не хотела, но художник сосредоточился и всё-таки одержал победу над упрямым изделием ростовской табачной фабрики.
Вспыхнула спичка, и желтоватый неверный свет лизнул бок старенького «жигулёнка», присевшего на все четыре колеса в метре от крыльца.
«Бедная машина, – невпопад подумал Егор и прикурил, – бедный я!»
Следует заметить, что некоторые основания оплакивать пьяными слезами свою жизнь у Егора Хорунжего были. И пусть не всю жизнь, а только последние пару-тройку лет, но сие сути не меняет, поскольку прошлые заслуги человека – это хоть и заслуги, но именно ПРОШЛЫЕ, а человек живёт в настоящем и, если он достаточно честен перед самим собой, то судит о себе по своему сегодняшнему, а не вчерашнему состоянию. А состояние на сегодняшний день было у Егора Петровича Хорунжего, прямо скажем, не ахти какое. Плохое, прямо скажем, было состояние.
Начать с того, что давно и стабильно отсутствовали деньги.
Нет, какие-то деньги время от времени появлялись, но их едва хватало на еду и выпивку, редко – на самую необходимую одежду, а уж о большем можно было только мечтать. Но мечтать хорошо, когда тебе двадцать – двадцать пять лет, после же тридцати нереализованные мечты зачастую превращаются во всевозможные комплексы неполноценности. Впрочем, для каких бы то ни было комплексов у Егора Хорунжего была слишком здоровая психика, но всё равно, когда он видел своих преуспевающих, уверенных в себе ровесников, то невольно сравнивал их жизнь с собственной и с горечью отмечал, что сравнение отнюдь не в его пользу. Разумеется, вокруг было немало и тех, чья жизнь не удалась в гораздо большей степени, чем жизнь Егора. Но зачем равняться на худших, когда есть лучшие?
Равняться, однако, было трудно.
Всё дело в том, что у художника-керамиста Егора Хорунжего напрочь отсутствовала деляческая жилка, которая только и превращает в наше время простого индивидуума в индивидуума преуспевающего. С другой стороны он и не обладал настолько могучим талантом художника, чтобы суметь запереться в башне из слоновой кости и там свободно творить, послав к чертям весь окружающий мир с его суетой и вечной жаждой наживы.
Способности у Егора, несомненно, были. И способности большие. Однако русская природная лень и пресловутые обстоятельства не дали этим способностям развиться в нечто выдающееся, и получилось, что к тридцати пяти годам Егор Хорунжий стал очень хорошим, но всё-таки ремесленником, в потаённом уголке души которого, правда, всё ещё прятался художник.
Он допил водку, закусил огурцом, запил всё пивом и закурил новую сигарету.
Опьянение сделало своё дело.
Глухая тоска наконец-то чудесным образом преобразилась в ожидание чего-то светлого и хорошего, что непременно случится если и не сию же секунду, то уж завтра обязательно. Правда при этом сильно путались остатки мыслей и никак не удавалось сообразить во что же именно должно материально воплотиться это самое светлое и хорошее, но это было уже не важно. Главное, что всё будет хорошо! Ведь пиво пока не кончилось, водка тоже, а тридцать пять лет совсем не тот возраст, когда человек, а тем более художник! уже ничего не может изменить в своей судьбе. Да! Буквально с завтрашнего же дня Егор Петрович Хорунжий, милостивые государи, решительно меняет образ жизни и… берегись судьба-злодейка! Он ещё всем покажет, на что способен!
Егор поднял пьяную голову к ночному небу, словно желая бросить ему вызов, и тут же узрел падающую звезду. Звезда была большая, яркая и падала как-то слишком медленно. «Пусть всё получится!» – успел загадать он, прежде чем сообразил, что звезда падает не куда-нибудь, а непосредственно к нему во двор. А точнее – ему на голову.
– … твою мать!! – заорал перепуганный художник, вскочил и, не помня себя, кинулся бежать со двора.
Однако изрядное количество водки с пивом, принятые в течении вечера внутрь, подвели Егора. Одна нога зацепилась за другую, и он грянулся оземь с крыльца во весь свой стовосьмидесятисемисантиметровый рост.
Глава вторая
Пробуждение было трудным, но необходимым – тело настоятельно требовало посещения туалета. Кое как разлепив глаза, Егор обнаружил себя в доме, лежащим ничком на собственном диване без рубашки и ботинок, но в джинсах и носках.
– Опять нажрался вчера, зараза, – констатировал он и попытался сесть.

Под колесами - звезды - Евтушенко Алексей Анатольевич => читать онлайн электронную книгу далее


Было бы отлично, чтобы книга Под колесами - звезды автора Евтушенко Алексей Анатольевич дала бы вам то, что вы хотите!
Если все будет нормально, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Под колесами - звезды своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Евтушенко Алексей Анатольевич - Под колесами - звезды.
Ключевые слова страницы: Под колесами - звезды; Евтушенко Алексей Анатольевич, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн


   Яндекс.Метрика